1.Пирогов , его роль в развитии отечественной хирургии. Хирургия пирогов


НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ ПИРОГОВ. Эксперимент в хирургии

НИКОЛАЙ ИВАНОВИЧ ПИРОГОВ

Имя Н. Пирогова в числе корифеев передовой медицинской науки XIX столетия занимает одно из первых мест. Гений Пирогова проявил себя в целом ряде областей. При изучении научного творчества Пирогова неизбежно мы приходим к выводу, что нельзя представить его себе только клиницистом, или только экспериментатором, или только топографоанатомом. Эти стороны творчества Николая Ивановича настолько переплетались, что во всей его деятельности, в любой его работе мы видим многогранного гениального русского врача XIX века, основоположника экспериментальной хирургии, творца топографической и хирургической анатомии, основоположника военно-полевой хирургии, труды и идеи которого оказали и продолжают оказывать огромное влияние на развитие русской и мировой медицинской науки.

Источником научного творчества Пирогова были, бесспорно, многочисленнейшие клинические наблюдения, накопление которых началось еще в хирургическом отделении дерптской клиники. Возглавив хирургическую клинику в Дерпте, Пирогов проявил замечательные педагогические качества. Уже в вышедших в 1837 году «Анналах хирургического отделения дерптской клиники», этом первом отчете о своей практической деятельности, он писал, что при вступлении на кафедру считал для себя правилом ничего не скрывать от своих учеников и всегда открыто признаваться в сделанных им ошибках, касаются ли они диагноза или лечения. Значительно позднее, в 1854 году, в отчете о произведенных им с сентября 1852 года по сентябрь 1853-го операциях Пирогов писал в «Военно-медицинском журнале» о дерптском периоде своей профессорской деятельности: «Вся моя заслуга состояла в том, что я совестливо рассказал все мои заблуждения, не скрыв ни одной ошибки, ни одного неуспеха, который я приписывал моей неопытности и моему незнанию».

В талантливо написанных «Анналах хирургического отделения дерптской клиники», вышедших двумя выпусками (в 1837 и 1839 годах), отражены весьма многообразные клинические наблюдения Пирогова. Затем, со времени переезда в Петербург и вступления в должность профессора Медико-хирургической академии, хирургическая деятельность Пирогова приняла огромный размах, поскольку он состоял также консультантом ряда городских больниц, в которых находилось более тысячи коек.

В середине прошлого столетия медицинская наука обогатилась крупнейшим открытием, которое послужило мощным толчком к развитию хирургии. Речь идет о введении в хирургию общего и местного обезболивания. В деле внедрения в практику эфирного и хлороформного наркоза весьма значительная роль принадлежит Николаю Ивановичу Пирогову.

Опыты с эфирным обезболиванием, поставленные Пироговым на животных, а также наблюдения на здоровых и больных людях и на самом себе позволили ему выразить мнение «о практическом достоинстве ...эфирных паров как средства, уничтожающего боль при хирургических операциях». Пирогов впервые разработал методику эфирно-масляного наркоза через прямую кишку и первый применил его на практике. Он сконструировал маску для ингаляционного наркоза и прибор для введения анестезирующего вещества через прямую кишку. Наконец, Пирогов первый применил наркоз на поле боя.

Второе замечательное открытие в биологии и медицине, вызвавшее переворот в лечении хирургических заболеваний и обеспечившее расцвет хирургической науки, заключалось во введении антисептики и асептики. Честь введения антисептического метода приписывают обычно Листеру. Но еще задолго до Листера Пирогов приписывал «миазмам» основную роль в развитии тяжелых осложнений при ранении. Пирогов был дальновиднее Листера и понимал, что не только воздух содержит возбудителей обширных нагноений, но и все предметы, приходящие в соприкосновение с раневыми поверхностями, таят в себе эту опасность. Еще будучи совсем молодым ученым, Пирогов в своей докторской диссертации, посвященной вопросу о возможности перевязки брюшной аорты, резко протестовал против допускавшегося многими хирургами того времени (30-е годы прошлого столетия) оставления в глубоких тканях различных инструментов, аппаратов и прочих инородных тел (например, лигатур с полоской холста) для остановки кровотечения или выключения сосуда, чтобы ликвидировать аневризму. Пирогов исходил при этом из убеждения, что инородные тела вызывают тяжелый нагноительный процесс, неизбежно связанный с опасностью вторичного кровотечения.

Творчески разрабатывая вопрос об антисептических растворах, наиболее щадящих ткани, Пирогов остановил свой выбор на растворе азотнокислого серебра и показал весьма благоприятное действие его на заживление раны.

В лечении ран Пирогов придавал большое значение методу покоя. Он придерживался правила «как можно реже беспокоить рану перевязками». Однако еще большую роль сыграла предложенная Пироговым неподвижная гипсовая повязка, вызвавшая переворот в лечении огнестрельных и иных переломов. Пирогов достиг большого мастерства в наложении гипсовой повязки, непрерывно совершенствуя и превращая ее в случаях осложненных переломов в окончатую. Благодаря введению гипсовой повязки в практику военно-полевой хирургии Пирогов сузил показания к ампутации, оставляя ее для тех случаев, «когда ранена главная артерия и главная вена, перебита кость или ранена артерия и размозжена кость». Большой заслугой Пирогова надо считать его «сберегательное лечение» ран, при котором ампутация уступала место резекции и неподвижной гипсовой повязке.

О высокой одаренности Пирогова как врача, обладавшего широчайшим кругозором, богатым опытом и знаниями, ходили легенды не только среди больных, но и среди врачей. Его нередко приглашали на консультацию в сложных случаях заболеваний, когда крайне трудно было поставить правильный диагноз и назначить лечение.

Однажды Пирогов, находившийся с врачами-стажерами в германском городе Гейдельберге, был приглашен к итальянскому национальному герою Джузеппе Гарибальди, который в сражении у горы Аспромонте в августе 1862 года получил огнестрельное ранение правой голени. Это было десятое по счету ранение, едва ли не самое тяжелое и опасное в его жизни.

Незаживающая рана голени беспокоила Гарибальди. В течение двух месяцев его наблюдали и лечили известные врачи Италии, Франции и Англии, но безрезультатно. Врачи пытались определить, есть в тканях голени пуля или нет. Они произвели мучительные исследования раны - пальцем и металлическим зондом. Ведь рентгеновские лучи тогда не были еще открыты. Состояние здоровья Гарибальди с каждым днем ухудшалось, а ясности в диагнозе не было. Встал вопрос об ампутации ноги.

В связи с резким ухудшением состояния больного итальянские врачи рекомендовали пригласить на консультацию Н. И. Пирогова, который сразу же дал свое согласие.

По приезде в Италию Николай Иванович дважды консультировал больного, применяя свой метод исследования. Он осмотрел Гарибальди, не упуская из виду ни одной детали, которые характеризовали течение заболевания. В отличие от западных коллег Пирогов не стал исследовать рану зондом или пальцем, а ограничился внимательным осмотром области ранения и прилежащих отделов голени.

Записывая результаты наблюдений, Пирогов отмечал в своем дневнике, что «пуля в кости и лежит ближе к наружному мыщелку». Далее следовали рекомендации:

«Я советовал не спешить с извлечением пули, ждать, пока покажутся другие явления, которые я определил в особом наставлении для Гарибальди... Если бы у него ранее диагностировали и вытащили пулю, то ему, верно, пришлось бы быть без ноги... пуля, сидевшая около внешней лодыжки, приблизилась потом к отверстию, находившемуся возле внутреннего мыщелка».

Действительно, как и предвидел Пирогов, пуля через некоторое время легко, без насилия была удалена.

Уверовав в свое выздоровление, Джузеппе Гарибальди направил Николаю Ивановичу теплое, исполненное благодарности письмо:

«Мой дорогой доктор Пирогов, моя рана почти залечена. Я чувствую потребность поблагодарить Вас за сердечную заботу, которую Вы проявили ко мне, и умелое лечение. Считайте меня, мой дорогой доктор, Вашим преданным Дж. Гарибальди».

Поездка Пирогова в Италию к революционному генералу Гарибальди, а главное, оказание ему действенной помощи в лечении были восторженно восприняты общественностью России и одновременно вызвали недовольство Александра II, который, впрочем, не осмелился сразу же осудить поступок ученого. Но он это сделал позднее... В 1866 году маститый хирург был отстранен от руководства подготовкой молодых ученых России.

Пирогов был не только искусным хирургом, но и непревзойденным врачом-терапевтом. Однажды его пригласили в один из госпиталей во Фратешти, где скопилось большое количество - 11 -12 тысяч - раненых. Среди этой огромной массы людей у нескольких больных врачи заподозрили чуму. Прибывший в госпиталь Пирогов после осмотра раненых перешел в палаты, где находились больные с подозрением на чуму. Присутствовавший на обходе студент-медик М. Зенец вспоминал потом: «Николай Иванович как бы сразу превратился из хирурга в терапевта. Он стал подробно выстукивать и выслушивать этих больных, внимательно рассматривать температурные кривые и так далее и в заключение прочел лекцию о кавказских, крымских и дунайских лихорадках (малярии), иногда столь сильно напоминающих чуму». Когда-то Пирогов наблюдал подобных больных в Севастополе и лечил их большими дозами хинина.

Пирогов является творцом костнопластического метода ампутаций. Знаменитая пироговская костнопластическая ампутация стопы, предложенная почти сто лет назад, сыграла выдающуюся роль в развитии учения об ампутациях. 19 сентября 1853 года через помощника Пирогова прозектора Шульца об этой операции было сообщено на заседании Парижской академии наук и указано, что она сделана с полным успехом у нескольких больных. Операция Пирогова послужила толчком к разработке ряда новых костнопластических ампутаций как в нашей стране, так и за рубежом. Гениальная идея Пирогова, практическое осуществление которой способствует созданию совершенной опорной культи, получила дальнейшее развитие в годы Великой Отечественной войны, когда советские хирурги внесли ряд ценных предложений, относящихся к лечению культей различных отделов конечностей.

Каждое свое предложение Пирогов стремился обосновать либо многочисленными и настойчивыми изысканиями на трупах, когда дело касалось, например, оперативного доступа к артерии, либо столь же многочисленными экспериментами на животных. Только после такого глубокого и основательного изучения того или иного вопроса Пирогов решался ввести в хирургическую практику свои новые предложения, а иногда, сверх того, он поручал многим своим ученикам дополнительную разработку тех или иных деталей, относящихся к этим предложениям. Один из малоизвестных фактов иллюстрирует необычную настойчивость Пирогова в разработке оперативного доступа к общей и наружной подвздошной артериям. В «Анналах дерптской клиники» Пирогов пишет, что метод доступа к наружной подвздошной артерии был им испытан на трупах несколько сот раз. Это как раз и объясняется тем, что он с величайшей тщательностью разрабатывал метод, позволяющий избежать повреждения брюшины при подобной операции.

Работая над составлением атласа распилов замороженных трупов, он готовит специальные распилы в направлениях, предложенных им для обнажения наружной и общей подвздошной артерий. Мы находим в атласе Пирогова семь рисунков, относящихся именно к этим распилам и отчетливо показывающих преимущества пироговской операции. Так, исходя из запросов практики, Н. И. Пирогов разработал свой внебрюшинный доступ к подвздошным артериям, являющийся непревзойденным образцом гениального научного творчества в учении о перевязках сосудов.

Другой пример необычайной настойчивости Пирогова в научных изысканиях представляют его многочисленные распилы мужского таза, имевшие целью уточнить хирургическую анатомию предстательной железы. Дело в том, что одной из самых частых операций в прошлом столетии было камнесечение (удаление камня из мочевого пузыря). Операция эта производилась большей частью промежностным способом из-за боязни повредить брюшину при надлобковом сечении. Многочисленные способы промежностного сечения давали нередко тяжелейшие осложнения, поскольку при рассечении предстательной части мочеиспускательного канала и извлечения камня из мочевого пузыря повреждалась в каком-нибудь направлении вся толща железы или ее основание. Это приводило к образованию мочевых затеков в клетчатке, окружающей предстательную железу, с последующим развитием воспалительного процесса. Пирогов производил камнесечение различными способами на многочисленных трупах, затем замораживал их и производил распилы в различных направлениях. В его «Anatome topographica» мы находим 30 рисунков, относящихся к такого рода распилам. Эти рисунки убедительно выявляют характер травмы, наносимой инструментами, употреблявшимися при камнесечении. Пирогов на основе детального изучения хирургической анатомии предстательной железы предложил свой способ камнесечения и свой инструмент - литотом - для данной операции.

Выдающиеся труды Пирогова - «Anatomia chirurgica truncorum arterialiuiTi atguc fasciarum fibrosarum aucto-re Nicolao Pirogoff» с атласом (1837), «Полный курс прикладной анатомии человеческого тела, с рисунками. Анатомия описательно-физиологическая и хирургическая» (вышло всего несколько выпусков, 1843-1845) и «Anatome topographica sectionibus per corpus humanum congelatum triplici directione ductis illustrata, auctore Nicolao Pirogoff» (1851 -1859) - принесли автору мировую славу, а Академия наук в Петербурге за каждый из них присудила Пирогову демидовскую премию. В первом из названных сочинений («Хирургическая анатомия артериальных стволов и фасций») Н. И. Пирогов совершенно по-новому осветил задачи хирургической анатомии; книга произвела полный переворот в представлениях о взаимоотношениях сосудов и фасций. Достаточно сказать, что установленные Пироговым законы этих взаимоотношений играют и в настоящее время руководящую роль в деятельности хирургов, особенно в условиях военного времени, когда часто наблюдаются ранения кровеносных сосудов.

«Топографическая анатомия, иллюстрированная разрезами, проведенными через замороженное тело в трех направлениях» начала выходить отдельными выпусками в 1851 году и была полностью закончена в 1859 году. Создание атласа распилов, завершившее исполинский труд Пирогова, явилось истинным торжеством русской медицинской науки: ни до него, ни после не было создано ничего, равного этому атласу по идее и ее осуществлению. Топография органов представлена в нем с такой исчерпывающей полнотой и ясностью, что пироговские данные всегда будут служить отправным пунктом для многочисленных исследований в этой области. Как справедливо пишет академик Е. Н. Павловский, «основы, возведенные Пироговым, остаются и останутся незыблемыми при всем техническом прогрессе современной и будущей хирургии».

Атлас распилов, выполненный Пироговым, является сегодня основой для томографии - метода диагностики опухолей в органах в начале развития.

В области патологической анатомии Пирогов был также одним из крупнейших исследователей. Возглавив руководство госпитальной хирургической клиникой, работа в которой требовала много времени и труда, Пирогов принял на себя чтение курса патологической анатомии, причем в период своей профессуры вскрыл (по словам И. В. Бертенсона) 11600 трупов, составив при этом подробный протокол каждого вскрытия.

За классическое исследование «Патологическая анатомия азиатской холеры, с атласом» (С.-Петербург, 1849), основанное на 400 (с лишним) вскрытиях, Пирогов получил полную демидовскую премию. В отзыве академика К. Бера на этот труд дана такая характеристика: «...В особенности по причине... строго-науковой методы и прямой любви к истине должно назвать это сочинение образцовым, потому что оно принадлежит такой именно области, в которой довольно редко наблюдается ход науки».

Насколько сильное впечатление оставляли у присутствовавших вскрытия, производившиеся Пироговым, видно из воспоминаний известного казанского фармаколога И. М. Догеля, решившего стать медиком после посещения такого вскрытия. Догель пишет: «Вся эта обстановка и в особенности строго серьезное отношение к делу или, лучше сказать, сильное увлечение самого профессора своим предметом так подействовало на меня, что я окончательно решил посвятить себя изучению медицинских наук».

Вопросы, касающиеся развития воспалительного процесса, Пирогов изучал настолько глубоко, что был вооружен достаточно сильными аргументами, направленными против клеточной патологии Вирхова. Он подверг это учение основательной критике, подчеркивая ведущую роль в развитии воспаления нервной системы.

Обширная экспериментально-хирургическая деятельность Пирогова началась в Дерпте почти тотчас же по окончании Московского университета. Темой его первого солидного экспериментального исследования был вопрос о перевязке брюшной аорты. Изучению техники и последствий этой операции Пирогов посвятил свою докторскую диссертацию, напечатанную на латинском языке и защищенную в 1832 году. Ему показались неубедительными доводы в пользу этой операции, которые выставил известный английский хирург и анатом Э. Купер, впервые сделавший ее у человека в 1817 году. Купер на основании нескольких опытов, произведенных на кошках и небольших собаках, выживших после перевязки брюшной аорты, счел возможным наложить лигатуру на брюшную аорту у больного, страдавшего аневризмой подвздошной артерии. Больной Купера погиб, как и другой больной хирурга Джемса, оперированный в 1829 году.

Исследование Пирогова, носящее название «Является ли перевязка брюшной аорты при аневризмах паховой области легко выполнимым и безопасным вмешательством?», имело целью ответить на вопрос, заключенный в этом названии. Пирогов изучал последствия перевязки брюшной аорты на многочисленных животных разных видов, разного возраста и разной величины, причем количество опытов, имевших целью осветить все стороны вопроса, включая и последствия постепенного сужения брюшной аорты, превысило 60. Пирогов пришел к такому выводу, что, несмотря на сохраняющееся при одномоментной перевязке брюшной аорты у животных кровообращение в задних конечностях, после этой операции возникают столь тяжелые приливы крови к легким и сердцу, что животные, как правило, погибают вследствие тяжелых нарушений функции этих органов.

Пирогов совершенно точно определил то основное, опасное для жизни осложнение, которое развивается после перевязки брюшной аорты. Он интересовался прежде всего не местными нарушениями кровообращения, наступающими после этой операции, а влиянием перевязки брюшной аорты на весь организм. Пирогов классически описал клиническую и патологическую картину расстройств, связанных с перевязкой брюшной аорты. В этом его огромная заслуга и бесспорный приоритет.

Большое место в диссертации Пирогова отведено изучению вопроса о роли постепенного сжатия просвета брюшной аорты. И здесь Пирогов впервые многочисленными опытами на животных установил, что такого рода вмешательство имеет значительные преимущества по сравнению с одномоментной (внезапной) перевязкой аорты: подопытные животные гораздо легче переносят такое воздействие. Исходя из убеждения недопустимости оставления в глубоких тканях всевозможных инструментов, Пирогов разработал оригинальный метод, посредством которого он постепенно суживал у животных просвет брюшной аорты. Суть его заключается в том, что концы лигатуры, наложенной на аорту, он выводил наружу и привязывал к турникету Буяльского, вращая подвижную часть которого можно закручивать лигатуру и тем самым суживать просвет сосуда. Постепенно закручивая лигатуру в течение нескольких дней, Пирогов добивался полной или почти полной непроходимости брюшной аорты, причем в этих случаях часто не развивались тяжелые осложнения со стороны легких и сердца, которые, как правило, приводили к гибели животных (телят, овец) после одномоментной перевязки брюшной аорты. При постепенном суживании брюшной аорты удалось предупредить и развитие у животных паралича задних конечностей.

Впоследствии Пирогов перенес свои наблюдения над животными в клинику и высказал аналогичные соображения в отношении перевязки и других крупных артериальных стволов, какова, например, общая сонная артерия.

Вопрос, в какой мере и за счет каких артерий развивается окольное кровообращение после перевязки брюшной аорты, впервые получил надлежащее освещение в опытах Пирогова, частично описанных в диссертации, частично разобранных в «Анналах дерптской клиники».

Интересный вопрос, подвергнутый серьезному рассмотрению в труде Пирогова и получивший впервые принципиальное правильное освещение, касается причины паралича задних конечностей, наблюдающегося у большинства животных после перевязки брюшной аорты. Пирогов высказал по этому поводу такое мнение: «Причину возникновения паралича, который мы наблюдаем на конечностях после перевязки аорты, следует искать, по-видимому, частью в самом спинном мозгу, частью же в окончаниях нервов».

До Пирогова принято было считать причиной этого паралича только нарушения в спинном мозгу. Такой точки зрения придерживался, например, известный в начале XIX столетия французский физиолог Легаллуа. Пирогов рядом своих экспериментов опроверг точку зрения Легаллуа, основанную на единственном опыте, который был поставлен этим физиологом на кролике. Пирогов показал, что степень восстановления кровообращения в спинном мозгу после перевязки брюшной аорты у разных животных различна.

Вопрос же о том, происходят ли действительно серьезные изменения в спинном мозгу после перевязки брюшной аорты, окончательно еще не решен. Во всяком случае, данные самого последнего времени говорят о том, что после такой операции у погибших животных может наблюдаться распад белого и серого вещества в поясничной части спинного мозга. Поэтому имеются все основания согласиться с Пироговым в том, что причиной паралича задних конечностей являются изменения и в периферических нервах, и в спинном мозгу. По крайней мере в отношении головного мозга советскими учеными уже убедительно показано, что анемия его при известных условиях может быть причиной тяжелейших необратимых изменений в мозговой ткани, приводящих к гибели животных.

Изучив детальную топографию брюшной аорты у человека и животных, Пирогов доказал, что более выгодным, хотя и не всегда легким доступом к аорте является внебрюшинный, при котором этот сосуд обнажается путем отслойки брюшинного мешка. В доантисептический период такой доступ имел несомненные преимущества перед чрезбрюшинным доступом, при котором обнажение аорты достигается посредством двукратного рассечения брюшины, входящей в состав и передней, и задней брюшной стенки. Этот последний путь и был избран, между прочим, Э. Купером, произведшим перевязку брюшной аорты у больного, страдавшего аневризмой подвздошной артерии. После напечатания диссертации Пирогова Купер заявил, что если бы ему пришлось еще раз перевязать брюшную аорту у человека, он избрал бы внебрюшинный путь.

Таковы замечательные наблюдения, которые сделал Пирогов на заре его блестящей научной деятельности. Бесспорный приоритет Пирогова в ряде вопросов патологии кровообращения вытекает с очевидностью при анализе научного творчества Пирогова, а также его предшественников и современников. Его убедительные выводы сыграли немалую роль в дальнейшем развитии мировой хирургической науки. Достаточно сказать, что разработанный Пироговым способ постепенного сдавления брюшной аорты и суживания ее просвета привлек внимание хирургов всех стран. Идея Пирогова нашла отражение и в диссертационной работе выдающегося советского ученого Н. Н. Бурденко, применявшего постепенное выключение воротной вены, внезапная перевязка которой у животных приводит к их гибели. Известный советский хирург Ю. Ю. Джанелидзе в годы Великой Отечественной войны создал универсальный сосудистый компрессор, дающий возможность постепенно сдавливать такие крупные сосуды, как подключичная или сонная артерия, что представляется весьма важным для развития коллатерального кровообращения при огнестрельных аневризмах. С помощью этого прибора удавалось добиться излечения раненых, страдавших тяжелыми аневризмами, без оперативного вмешательства.

Вопросами патологии сосудов и коллатерального кровообращения Пирогов интересовался в течение всей своей научной деятельности.

Этими широко и глубоко проведенными экспериментальными исследованиями Пирогов впервые показал значение эволюционного подхода в разрешении ряда вопросов патологии: до него неизвестны работы, в которых экспериментальное изучение тех или иных проблем производилось на многочисленных животных разных видов. Опыты с перевязкой брюшной аорты Пирогов ставил на кошках, собаках, телятах, овцах, баранах, а перевязку других сосудов производил и на лошадях.

Одно перечисление вопросов, интересовавших Пирогова, поражает исключительной широтой и глубиной творческих замыслов его гения. Вот эти вопросы: перерезка ахиллова сухожилия и процессы заживления ран сухожилий, влияние введенного в вены животного воздуха (вопросы воздушной эмболии), пневмоторакс и механизм выпадения легкого при ранениях грудной клетки, травмы брюшных внутренностей и кишечный шов, действие черепной травмы и многое другое.

Пирогова следует признать основоположником экспериментальной хирургии: медицинская наука до него не знала столь глубоко и с таким охватом проведенных исследований, предпринятых одним хирургом и направленных к изучению различных проблем, связанных с запросами клиники.

Пирогов своей грандиозной экспериментально-хирургической деятельностью определил основные пути развития такого рода исследований: во-первых, теснейшая связь с клиникой и патологической анатомией, во-вторых, эволюционный подход в изучении вопросов патологии. Это было одним из тех направлений в развитии русской медицинской науки, которые определили ее самостоятельный, самобытный характер и которые принесли ей замечательные успехи. Советские медицинские работники ни на минуту не забывают славных имен тех выдающихся русских врачей, которые своим научным подвигом внесли неоценимый вклад в сокровищницу мировой медицинской науки и немало содействовали ее развитию.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

med.wikireading.ru

3. Заслуги Пирогова в развитии хирургии

1) применение эфирного, затем идея внутривенного наркоза

2) Пирогов издал первый анатомический атлас под заглавием «Топографическая анатомия, иллюстрированная разрезами, проведёнными через замороженное тело человека в трёх направлениях», ставший незаменимым руководством для врачей-хирургов. С этого момента хирурги получили возможность оперировать, нанося минимальные травмы больному. Этот атлас и предложенная Пироговым методика стали основой всего последующего развития оперативной хирургии.

3) предложил наименее опасные и травматичные оперативные доступы

4) он впервые применил перевязку бинтами, пропитанными крахмалом, гипсовую повязку, дав начало сберегательной тактике лечения ранений конечностей и избавив многих солдат и офицеров от ампутации.

5)сортировка раненых

6) считается основоположником специального направления в хирургии, известного как военно-полевая хирургия

4.Н.И.Пирогов – пионер научного обоснования и клинического применения методов обезболивания.

В конце XVIII века вдыхание эфира применялось для облегчения болей при чахотке и при кишечных коликах. Однако научное обоснование проблемы обезболивания принадлежит Николаю Ивановичу Пирогову, затем русским ученым А. М. Филамофитскому, декану медицинского факультета Московского университета, и анатому Л. С. Севрюку. Они проверяли влияние эфира на нервную систему, на кровь, проверяли дозировку, продолжительность действия эфирного наркоза и т. д.

Как всякое новшество, эфирный наркоз сразу нашел как излишне-пылких приверженцев, так и предубежденных критиков. Пирогов не примкнул ни к одному лагерю до тех пор, пока не проверил свойства эфира в лабораторных условиях, на собаках, на телятах, далее на самом себе, на ближайших своих помощниках и, наконец, в массовом масштабе на раненых на Кавказском фронте (летом 1847 г., см. ниже).

Со свойственной Пирогову энергией он от эксперимента быстро переносит наркоз в клинику: 14 февраля 1847 г. он произвел свою первую операцию под эфирным наркозом во 2-м военно-сухопутном госпитале, 16 февраля оперировал под эфирным наркозом в Обуховской больнице, 27 февраля в Петропавловской (С.-Петербург). Испытав далее эферизацию (эфирный наркоз) на здоровых людях повторно, на самом себе и располагая материалом уже 50 операций под эфирным наркозом (пользуясь последним в госпитальной и частной практике), Пирогов решил применить эфирный наркоз в военно-полевой хирургии — непосредственно при оказании хирургической помощи на поле сражения.

В процессе экспериментального изучения эфирного наркоза Пирогов вводил также эфир в вены и артериит в общую сонную артерию, во внутреннюю яремную" вену, в бедренную артерию, бедренную вену, воротную вену (Жоров). Однако, на основании точных экспериментальных данных, Пирогов вскоре приходит к выводам: „эфир, вспрыснутый в виде жидкости в центральный конец вены, производит моментальную> смерть" (см. опыты Пирогова „Протоколы физиологических наблюдений над действием паров эфира на животный организм", 1847 г., май).

Метод внутривенного наркоза чистым эфиром, как: известно, не получил распространения. Однако мысль Первая операция под хлороформным усыплением состоялась 4 ноября 1847 г. — Симпсон. Первые операции под хлороформным наркозом в России: 8 декабря IS47 г.—Лоссиевский «Варшава). 9 декабря 1847 г.—Поль (Москва), 27 декабря 1847 г.— С-Петербург, клиника Пирогова (пять операций).

Пирогова о возможности введения непосредственно в кровь наркотического средства впоследствии с огромным успехом была претворена в жизнь. Как известно, русские ученые фармаколог Н. П. Кравков и хирург С. П. Федоров (1905, 1909) воскресили идею Пирогова внутривенном наркозе, предложив вводить непосредственно в вену снотворное вещество гедонал. Этот удачный способ применения неингаляционного наркоза даже в зарубежных руководствах известен под названием „Русского метода". Таким образом, идея внутривенного наркоза целиком принадлежит Николаю Ивановичу Пирогову и позже — другим русским ученым, занимавшимся разработкой этого вопроса, а не Флурансу и, тем более, Ору (последний в 1872 г. применил внутривенный наркоз хлоралгидратом) или Буркгардту (в 1909 г. он возобновил опыты введения в вену эфира и хлороформа с целью наркоза), как об этом, к сожалению, пишут не только зарубежные, но и некоторые отечественные авторы.

То же самое следует сказать и в отношении приоритета интратрахеального наркоза (вводимого непосредственно в дыхательное горло — трахею). В большинстве руководств основоположником этого способа наркоза назван англичанин Джон Сноу, применивший этот способ обезболивания в эксперименте и в одном случае в клинике в 1852 г., однако, точно установлено, что в 1847 г., т. е. ровно на пять лет раньше, экспериментально этот способ с успехом применил Пирогов, о чем красноречиво свидетельствуют также протоколы опытов Пирогова.

5.Н.И.Пирогов – основоположник военно-полевой хирургии.

Пирогов был участником четырех войн: Кавказской (в 1847 году выехал на Кавказский театр военных действий), Крымской (пробыл в Крыму с 1854 по 1855 гг.), в 1870 году по предложению Красного Креста ездил с инспекцией госпиталей на театр франко-прусской войны, а в 1877 году совершил поездку на русско-турецкую войну. Свой огромный опыт ученый изложил в четырех классических трудах, посвященных военно-полевой хирургии, которые составили основу системы всей современной врачебной помощи раненым на поле боя. Н.И.Пирогов по праву считается отцом русской хирургии и основоположником военно-полевой хирургии.14 февраля 1847 Пирогов произвел свою первую операцию под эфирным наркозом во 2-ом военно-сухопутном госпитале С.-Петербурга, а 8 июля 1847 года он уезжает на Кавказ для проверки на большом материале действие эфирного наркоза, как обезболивающего средства. Им под наркозом здесь было произведено более 100 операций. Таким образом, Пирогов первый в мире применил эфирный наркоз на поле боя. Здесь же на Кавказе он применил крахмальную повязку для фиксации переломов конечностей у раненых, подлежащих транспортировке, а в 1852 году заменил ее на гипсовую. Пирогов первый в мире в 1854 году организовал и применил женский уход за ранеными в районе боевых действий. Он основал «Крестовоздвиженскую общину сестер попечения о раненых и больных». Слава об этих первых русских женщинах, беззаветно служивших своему народу, росла и ширилась, и современные женщины, выполнявшие свой долг на фронтах Великой Отечественной войны, с благодарностью вспоминают своих севастопольских предшественниц. Пирогов – первый в мире предложил свою знаменитую сортировку раненых, из которой впоследствии выросла вся лечебно-эвакуационная служба армии. Сортировка Пирогова состояла из пяти главных категорий:

- безнадежные и смертельно раненые,

- тяжело и опасно раненые, требующие безотлагательной помощи,

- тяжело раненые, требующие также неотлагательного, но более предохранительного пособия,

- раненые, для которых непосредственное хирургическое пособие необходимо только для того, чтобы сделать возможную транспортировку,

- легкораненые, или такие, у которых первое пособие ограничивается наложением легкой перевязки или извлечением поверхностно сидящей пули.

Сортировку раненых, по Пирогову, позднее с успехом применяли и в армиях противника. Пирогов пишет: «Я первый ввел сортировку раненых на севастопольских перевязочных пунктах и уничтожил этим господствовавший там хаос». И еще: «Я убежден из опыта, что к достижению благих результатов в военно-полевых госпиталях необходима не столько научная хирургия и врачебное искусство, сколько дельная и хорошо учрежденная администрация…. Без распорядительности и правильной администрации нет пользы и от большого числа врачей, а если их к тому еще мало, то большая часть раненых остается вовсе без помощи». Свой опыт и знания Пирогов изложил в трудах «Начала общей военно-полевой хирургии”, «Военно-врачебное дело» др.

studfiles.net

1.Пирогов , его роль в развитии отечественной хирургии.

Корифеем отечественной и зарубежной хирургии заслуженно' считается Николай Иванович Пирогов. Н. И. Пирогов родился в 1810 г. в Москве. Он окончил меди­цинский факультет Московского университета, затем прошел специальную подготовку к профессорской деятельности в Юрьев­ском (теперь Тартуском) университете. В возрасте 26 лет он воз­главил хирургическую кафедру и издал работу «Хирургическая анатомия артериальных стволов и фасций». На медицинских факультетах возникли новые кафедры — топографической анатомии и оперативной хирургии. Н. И. Пиро­гов стремился снять боли во время операции. Он впервые в Рос­сии использовал эфир для обезболивания при операциях во время войны на Кавказе в 1847 г. В целях профилактики нагноения ран Н. И. Пирогов разрабо­тал особый режим хирургического отделения. Он требовал, чтобы помещения для больных хорошо проветривались, врачи следили за чистотой рук и инструментов, ввел специальные чайники, из которых раны обмывали струей кипяченой воды. Н. И. Пирогов указывал, что причиной нагноения являются так называемые миазмы, о которых упоминал еще Гиппократ. В книге «Начала общей военно-полевой хирургии», помимо мер по предупреждению и лечению ран, Н. И. Пирогов предло­жил особое внимание уделять сортировке раненых «на театре военных действий». Им впервые в Росссии предложены гипсовые повязки для лечения переломов. Следующее поколение хирургов выдвинуло из своей среды ряд крупных ученых. Среди них особое место занимает Н. В. Склифосовский, много сделавший для распространения и развития антисептики и асептики. Большой вклад в развитие отечественной хирургии внесли А. А. Бобров (грыжесечение, под­кожное и внутривенное вливание физиологического раствора, учебники по хирургии и топографической анатомии) и основатель журнала «Хирургия» Н. А. Вельяминов (работы, посвященные заболеваниям суставов, щитовидной железы, хирургическому ту­беркулезу, светолечению волчанки). 

2.Развитие хирургии в Украине.

В Киевской Руси медицины, которую бы возглавляли врачи, не было. В городах среди представителей разных профессий были лица, которые занимались лечением. Лишь с увеличением населения городов появился спрос на медицинскую помощь, что способствовало выделению значительного количества людей, для которых лечебное дело стало основной профессией, Основой знаний этих врачей-ремесленников был вековой опыт народной эмпирической медицины с элементами мистического характера. Уже в эти времена отдельные из них "специализировались" на лечении ран, переломов, пускании крови (рудомети), другие — на заказе зубов (зубоволоки), лечении глаз, родовспоможения и тому подобное.Надлежащее внимание врачебному делу уделяла княгиня Ольга. Она учредила в Киеве больницы, а уход за больными поручила женщинам. Князь Владимир Великий в 996 г. и князь Ярослав Мудрый в 1096 г. закрепили право лечить за монастырями.За греческими образцами при монастырях и больших церквях, прежде всего при Киево-печерском монастыре, устраиваются пристанища для больных и инвалидов. "Киево-печерский патерик" донес к нам сведения о монахе Агапита, что в XI ст. лечил в Киево-печерской лавре.Первым выдающимся врачом-женщиной Украины была внука Владимира Моно-маха — Євпраксія Мстиславивна, Самым давним случаем хирургического лечения, которое вспоминается в письменных источниках, является "Рєзаньє желве", то есть вырезание опухоли, сделанное в 1076 г. Святославу Ярославичу.В 1445 г. во Львове была оборудована первая в Украине аптека. В XVII ст. такие аптеки открыто в Чигирине, Киеве, Нежине.Первым высшим учебным заведением в Украине была Киево-могилянская коллегия, которую учредил в 1671 г. Петр Могила путем объединения школы Киевского братства с школой Киево-печерской лавры.В 1701 г. она стала Киевской академией. Увеличивается количество госпиталей и больниц, открываются правительственный военный госпиталь в Киеве, государственные больницы в Кременчуге, Полтаве, Ромнах, Лубнах.

Руководящей кафедрой Одесского университета с определенного времени становится кафедра факультетской хирургии, возглавлял которую К. Сапежко (1861-1929). Он предложил оригинальный метод резекции желудка, операцию на пупочных грыжах, пересадку свободной слизистой оболочки, разработал метод очищения хирургических помещений стенными водными распылителями.

Автором важнейших трудов был М. Лысенков. Его монография «Мозговые грыжи и лечение их» является одной из основных по этому вопросу в отечественной литературе. Ему принадлежат также труды по оперативной хирургии черепа, органов живота, военно-полевой хирургии. Лысенко входил в группу самых прогрессивных профессоров Одесского университета, именно он был в 1905 году инициатором создания лазарета для оказания помощи рабочим, морякам и студентам, потерпевшим во время революционных уличных боев.

Кафедру анатомии в Одесском университете, для которой был построен лучший анатомический театр, возглавлял известный анатом Н. Батуев. Ему принадлежат работы по анатомии мочевого пузыря, морфологии зубов, антропологии. Батуев перевел на русский язык лучший в литературе анатомический атлас Шпальтегольца, которым пользовались все медицинские факультеты России до издания в Харькове анатомического атласа Воробьева и Синельникова. Батуев создал при кафедре музей, основным богатством которого была коллекция черепов.

studfiles.net

Периоды истории русской хирургии

История русской хирургии легко распадается на два больших периода: первый из них захватывает время с начала преподавания хирургии в России до Пирогова, т.е. до начала его профессиональной деятельности. Так как Пирогов кафедру в Дерптском университете получил в 1836г., а в медико-хирургической академии кафедру госпитальной хирургии и патологической анатомии в 1836г., то, следовательно, первый период обнимает собой менее полутора столетия с 1706г. по 1841г. Второй период начинается Пироговым и продолжается по настоящее время.

Пирогова часто называют «отцом», «создателем», «творцом» русской хирургии, принимая, что до Пирогова не было ничего своего самобытного, самостоятельного, а что вся хирургия была заимствована, подражательна. Хирургия в Россию была пересажена с Запада. На протяжении двух с небольшим веков своего развития русская хирургия постепенно становилась на самостоятельные ноги, превращалась в самостоятельную науку. Пирогов сразу поставил русскую хирургию совершенно самостоятельно и независимо. Не отказываясь от знакомства с западом, наоборот, очень ценя западную хирургию, он к ней всегда относился критически, и сам многое ей давал.

Первоначально обучение хирургии в московском медико-хирургическом училище велось преимущественно на латинском языке, в петербургском – преимущественно на немецком. Русский язык не допускался. В 1764г. из московского училища в петербургское был переведен доктор Щепин, с которого начинается равноправное преподавание анатомии и хирургии на русском и немецком языках.

На протяжении 18 столетия докторами медицины в России были или иностранцы, или русские, но обязательно получившие степень доктора медицины в заграничных университетах. Как исключение, иногда, цари сами жаловали врачей в степень доктора медицины.

В 1776г. медико-хирургические школы были преобразованы в медико-хирургические училища, которым предоставлено было право «доводить в докторскую степень, доставляя таковым посредством природных российских докторов для занятия мест, званию их соответствующих». Правом возведения в степень доктора медицины пользовалась медицинская коллегия – управляющий медицинский орган в России.

Первым высшим учебным заведением в России является Московский Университет, проект которого, разработанный Шуваловым, был утвержден императрицей Елизаветой Петровной 12 января 1755г. Открыт университет 26 апреля 1755г. Университет состоял из трех факультетов, среди которых имелся и медицинский с тремя кафедрами: химии с применением к химии аптекарской, натуральной истории и анатомии с медицинской практикой. На медицинском факультете Московского университета хирургия первоначально преподавалась, как часть «практической медицины». Только в 1764г. профессор Эразмус первый открыл «кафедру анатомии, хирургии и повивального искусства». 29 сентября 1791г. Московский университет получил право возводить в степень доктора медицины. А в 1795г. преподавание медицины начинает осуществляться только на русском языке.

В Москве развитие хирургии тесно связано с деятельностью Ефрема Осиповича Мухина (1766-1859)- видного русского анатома и физиолога, хирурга, гигиениста и судебного медика. Будучи профессором Московской Медико-хирургической (1795 –1816) и медицинского факультета Московского университета (1813 – 1835) Мухин издал «Описание хирургических операций» (1807), «Первое начало костоправной науки» (1806) и «Курс анатомии» в 8-и частях (1818). Он внес существенный вклад в развитие русской анатомической номенклатуры. По его инициативе в Московском университете и Медико-хирургической академии были созданы анатомические кабинеты, введено преподавание анатомии на трупах и изготовление анатомических препаратов из замороженных трупов.

В первой половине 19-го столетия ведущим центром развития хирургии в России являлась Петербургская Медико-хирургическая академия. Преподавание в Академии было практическим: студенты производили анатомические вскрытия, наблюдали большое количество операций и сами участвовали в некоторых их них под руководством опытных хирургов. В числе профессоров Академии были П.А.Загорский, И.Ф.Буш – автор первого «Руководства преподавания хирургии» в трех частях (1807), И.В.Буяльский – ученик И.Ф.Буша и выдающийся предшественник Н.И.Пирогова.

Значительно отразилось на развитии хирургии как русской, так и зарубежной учение английского хирурга Дж. Листера. Листер изменил все представление об оперативном лечении заболеваний, дал, с точки зрения даже начала 19-го столетия, совершенно невероятный толчок развитию хирургии. Антисептический метод хирургической работы Листера был основан на применении растворов карболовой кислоты. Их распыляли в воздухе операционной, обрабатывали руки хирургов и дезинфицировали инструменты и перевязочный материал. Листер большое значение придавал дезинфицирующей перевязке. Об антисептике Листера хирурги в России сильно заговорили в начале 70-х годов 19-го столетия. На первом научном заседании старейшего хирургического общества в Москве (4-го декабря 1873г.) доктор Костарев сделал сообщение о «различных способах перевязки ран»; в прениях по поводу этого сообщения 26 февраля 1874г. Костарев, подводя итоги своих наблюдений, приходит к выводу, что «следует признать только два метода лечения ран: а)метод лечения без перевязки (с лечением под струпом, как вариант), б)метод дезинфицирующей повязки Листера». Причем, утверждает Костарев, метод лечения без перевязки должен быть незамедлительно принят, как единственно вполне и повсюду применимый. Костарев считал, что открытый способ лечения выше антисептического.

Хирургия, в том числе и московская, пошла за Листером, а не за Костаревым. Тем не менее антисептика Листера горячо обсуждалась и прививалась. Благодаря методу Листера послеоперационные осложнения и смертность снизились в несколько раз.

В конце 80-х годов 19-го века в дополнение к методу антисептики был разработан метод асептики, направленный на предупреждение попадания микроорганизмов в рану. Асептика основана на действии физических факторов и включает в себя стерилизацию в кипящей воде или паром инструментов, перевязочного или шовного материала, специальную систему мытья рук хирурга, а также целый комплекс санитарно-гигиенических и организационных мероприятий. Основоположниками асептики явились немецкие хирурги Эрнст Бергманн и Курт Шиммельбуш. В России основоположниками асептики были П.П.Пелехин, М.С.Субботин и П.И.Дьяконов.

Значительной вехой в истории русской хирургии является создание в 1873году первого русского хирургического общества в Москве. По его подобию создаются впоследствии хирургические общества в разных городах России, которые увенчиваются съездами хирургов, возникновением хирургических журналов.

Следующий период истории русской хирургии венчает Николай Иванович Пирогов (1810-1881 годы).

В 1828г. после окончания Московского университета 17-летний «лекарь 1-го отделения» Пирогов по рекомендации профессора Е.О.Мухина был направлен в профессорский институт, только что учрежденный в Дерпте (ныне Тарту) для подготовки профессоров из «прирожденных россиян». В первом наборе слушателей этого института были также Г.И.Сокольский, Ф.И.Иноземцев, А.М.Филомафитский и другие молодые ученые, составившие славу российской науки. В качестве своей будущей специальности Николай Иванович избрал хирургию, которую изучал под руководством профессора И.Ф. Мойера.

В1832г. в возрасте 22 лет Пирогов защитил диссертацию «Является ли перевязка брюшной аорты при аневризме паховой области легко выполнимым и безопасным вмешательством?» Ее выводы основаны на экспериментально-физиологических исследованиях на собаках, баранах, телятах.

Н.И.Пирогов всегда тесно сочетал клиническую деятельность с анатомо-физиологическими исследованиями. Вот почему во время своей научной поездки в Германию (1833-1835) он был удивлен, что «застал еще в Берлине практическую медицину, почти совершенно изолированную от главных реальных основ ее: анатомии и физиологии. Было так, что анатомия и физиология сами по себе. И сама хирургия не имела ничего общего с анатомией. Ни Руст, ни Грефе, ни Диффенбах не знали анатомии. Больше того, Диффенбах просто игнорировал анатомию и подшучивал над положением различных артерий». В Берлине Н.И.Пирогов работал в клиниках И.Н.Руста, И.Ф. Диффенбаха, К.Ф. фон Грефе, Ф. Шлемма, И.Х. Юнгена; В Геттингене – у Б.Лангенбека, которого высоко ценил и в клинике которого совершенствовал свои знания по анатомии и хирургии, следуя принципу Лангенбека: «Нож должен быть смычком в руке каждого хирурга».

По возвращении в Дерпт, уже в качестве профессора Дерптского университета, Н.И.Пирогов написал несколько крупных работ по хирургии. Главной из них является «Хирургическая анатомия артериальных стволов и фасций» (1837), удостоенная в 1840г. Демидовской премии Петербургской академии наук – самой высокой награды за научные достижения в России того времени. Этот труд положил начало новому хирургическому подходу к изучению анатомии. Таким образом, Н.И.Пирогов явился основоположником новой отрасли анатомии – хирургической (топографической по современной терминологии) анатомии, изучающей взаимное расположение тканей, органов и частей тела.

В 1841 г. Н.И.Пирогов был направлен в Петербургскую Медико-хирургическую академию. Годы работы в Академии (1841-1846) стали самым плодотворным периодом его научно-практической деятельности.

По настоянию Пирогова при Академии впервые была организована кафедра госпитальной хирургии. Вместе с профессорами К.М.Бером и К.К. Зейдлицем он разработал проект Института практической анатомии, который был создан при Академии в 1846г.

Одновременно заведуя и кафедрой и анатомическим институтом, Пирогов руководил большой хирургической клиникой и консультировал в нескольких петербургских больницах. После рабочего дня он производил вскрытие трупов и готовил материал для атласов в морге Обуховской больницы, где работал при свечах в душном, плохо проветриваемом подвале. За 15 лет работы в Петербурге он произвел почти 12 тысяч вскрытий.

В создании топографической анатомии важное место занимает метод «ледяной анатомии». Впервые замораживание трупов в целях анатомических исследований произвели Е.О.Мухин и его ученик И.В.Буяльский, который в 1836г. приготовил мышечный препарат «лежащее тело», впоследствии отлитый в бронзе. В1851г. развивая метод «ледяной анатомии», Н.И.Пирогов впервые осуществил тотальное распиливание замороженных трупов на тонкие пластины (толщиной 5-10 мм) в трех плоскостях. Результатом его титанического многолетнего труда в Петербурге явились две классические работы: «Полный курс прикладной анатомии человеческого тела с рисунками (анатомия описательно-физиологическая и хирургическая)» (1843-1848) и «Иллюстрированная топографическая анатомия распилов, проведенных в трех направлениях через замороженное человеческое тело» в четырех томах (1852-1859). Обе они удостоены Демидовских премий Петербургской Академии наук 1844 и 1860гг.

Еще одна Демидовская премия была присуждена Н.И.Пирогову в 1851г. за книгу «Патологическая анатомия азиатской холеры», в борьбе с эпидемиями которой он неоднократно принимал участие в Дерпте и Петербурге.

Велика роль Пирогова и в решении одной из важнейших проблем хирургии – обезболивания.

Эра наркоза началась с эфира. Первые опыты по его применению во время операций производились в Америке врачами К. Лонгом, Дж. Уорреном, дантистом Уильямом Мортоном. Россия была одной из первых стран, где эфирный наркоз нашел самое широкое применение. Первые в России операции под наркозом были произведены: в Риге (Б.Ф. Бернс, январь 1847 г.), Москве (Ф.И. Иноземцев, 7 февраля 1847 г.), Петербурге (Н.И. Пирогов, 14 февраля 1847 г.).

Научное обоснование применения эфирного наркоза дал Н.И. Пирогов. В опытах на животных он провел широкое экспериментальное исследование свойств эфира при различных путях введения с последующей клинической проверкой отдельных методов. После чего 14 февраля 1847 г. он осуществил первую операцию под наркозом, удалив опухоль молочной железы за 2,5 минут, а летом 1847 г. Н.И. Пирогов впервые в мире применил эфирный наркоз в массовом порядке на театре военных действий в Дагестане (при осаде аула Салты).

Говоря о Пирогове, нельзя не сказать, что он является основоположником военно-полевой хирургии в России. В Севастополе во время Крымской войны (1854-1856гг.), когда раненые поступали на перевязочный пункт сотнями, он впервые обосновал и осуществил на практике сортировку раненых на 4 группы. Первую составили безнадежно больные и смертельно раненые. Они поручались заботам сестер милосердия и священникам. Ко второй группе относились тяжело раненые, требующие срочной операции, которая производилась прямо на перевязочном пункте. В третью группу входили раненые средней тяжести, которых можно было оперировать на следующий день. Четвертую группу составляли легкораненые. После оказания необходимой помощи они отправлялись в полк.

Послеоперационные больные впервые были разделены Пироговым на две группы: чистые и гнойные. Больные второй группы помещались в специальных гангренозных отделениях.

Оценивая войну как «травматическую эпидемию» Н.И.Пирогов был убежден, что « не медицина, а администрация играет главную роль в деле помощи раненым и больным на театре войны».

С именем Пирогова связано первое в мире привлечение женщин к уходу за ранеными на театре военных действий. Под руководством Пирогова во время крымских событий трудились более 160 женщин «Крестовоздвиженской общины сестер попечения о раненых и больных воинах», организованной на собственные деньги великой княжной Еленой Павловной, сестрой императора Николая I.

В научно-практической деятельности Н.И.Пирогова многое было совершено впервые: от создания целых наук (топографическая анатомия и военно-полевая хирургия), первой операции под ректальным наркозом (1847г.) до первой гипсовой повязки в полевых условиях (1854г.) и первой идеи о костной пластике (1854г.).

После Н.И. Пирогова наиболее выдающимся русским хирургом был Н.В. Склифосовский. Он работал в Киеве, Петербурге, Москве. Одним из первых он начал развивать антисептический метод, видоизменил метод Листера, используя сулему, йодоформ. Он разработал многие хирургические операции и уделял большое внимание подготовке хирургических кадров.

Также следует отметить таких замечательных деятелей отечественной медицины, как С.П. Боткин и И.И. Мечников. Они считали себя учениками Пирогова, и их достижения в медицине трудно переоценить.

Советская наука пополнилась блестящей плеядой выдающихся хирургов, чьи имена навсегда вошли в историю хирургии. Среди них С.И. Спасокукоцкий, который внес в развитие легочной и абдоминальной хирургии, развивал методы асептики и антисептики. Им создана крупная хирургическая школа. Н.Н. Бурденко, который развивал военно-полевую хирургию, развивал нейрохирургию. В.А. Вишневский, который разработал технику местной анестезии. А.Н. Бакулев, основоположник сердечно-сосудистой хирургии в нашей стране, основатель института сердечно-сосудистой хирургии в Москве. Трансплантология и микрохирургия получили в нашей стране развитие в последние 30-40 лет благодаря работам З.П. Демихова, Б.В. Петровского, Н.А. Лопаткина, В.С. Крылова. Пластическую хирургию успешно развивали В.П. Филатов, Н.А. Богораз, С.С. Юдин.

studfiles.net

Вклад Пирогова в развитие хирургии

Поиск Лекций

Сам Н. И. Пирогов был виртуозом хирургической техники, благодаря, как он говорил, знаниям анатомии и хирургии. Не менее важно для хирурга знание клинических проявлений заболеваний. В своих рассуждениях «О трудностях хирургической диагностики и о счастье хирурга» Н. И. Пирогов отмечал: «Случай по-прежнему подкарауливает нас, по-прежнему достаточно ошибки в диагностике в зависимости от несовершенства знаний или от случайной причины, ослабевшей внимание, - и роковой исход налицо». Сам Н. И. Пирогов был не только виртуозным хирургом, но и отличным диагностом. Известен такой исторический факт. Раненому Гарибальди (герой итальянского освободительного движения), которого консультировали известные английские, французские, итальянские и немецкие (в том числе и Бильрот) хирурги, не могли установить диагноз. Пирогов определил наличие пули в пяточной кости. Конечно, в современных условиях при наличии рентгеновского аппарата, это не составило бы труда, но Пирогов установил точный клинический диагноз по клиническим проявлениям болезни. Другой случай говорит о том, как Николай Иванович отверг диагноз тяжелой болезни, который был поставлен известными врачами Д. И. Менделееву, и, как показало время, был прав. Впоследствии Д. И. Менделеев говорил о Н.И.Пирогове: «Вот это был врач. Насквозь человека видел и сразу мою натуру понял".

В 1841 г. 31 – летний Пирогов, уже известный в мире хирург, был приглашён в Петербург, где возглавил кафедру хирургии в Медико-хирургической Академии. Здесь и проявился его многосторонний талант и в 1846 г. Пирогов стал членом-корреспондентом Петербургской Академии наук. Одновременно Пирогов руководил организованной им клиникой госпитальной хирургии. Поскольку в обязанности Пирогова входило обучение военных хирургов, он занялся изучением распространённых в те времена хирургических методов. Многие из них были им в корне переработаны; кроме того, Пирогов разработал ряд совершенно новых приёмов, благодаря чему ему удавалось чаще, чем другим хирургам, избегать ампутации конечностей. Один из таких приёмов до настоящего времени называется «операцией Пирогова».

В 1847 году Пирогов уехал на Кавказ в действующую армию, так как хотел проверить в полевых условиях разработанные им операционные методы. На Кавказе он впервые применил перевязку бинтами, пропитанными крахмалом. Крахмальная перевязка оказалась удобнее и прочнее, чем применявшиеся раньше лубки.

Здесь же, при осаде аула Салты, Пирогов впервые в истории медицины применил наркоз на войне в виде ингаляций хлороформа и ректального введения эфира. Эфирный наркоз ознаменовал начало новой эпохи в развитии военно-полевой хирургии, значительно расширил хирургические возможности. Всего великий хирург провёл около 10 тыс. операций под эфирным наркозом. Также он создал свои оригинальные приборы для его введения, постоянно работая над их усовершенствованием. Так он создаёт прибор для наркоза клизопомп, улучшает конструкцию маски для наркоза.

Богатый личный опыт хирурга, полученный Пироговым во время войн на Кавказе и в Крыму, позволил ему впервые разработать четкую систему организации хирургической помощи раненым на войне.

Военно-полевая хирургии в отличие от хирургии мирного времени имеет ряд особенностей, которые складываются в различных условиях боевой обстановки.

Первая из них — массовость работы. Война, по выражению великого русского хирурга, основоположника военно-полевой хирургии Н. И. Пирогова, — это травматическая эпидемия, и, как всякая эпидемия, она характеризуется значительным числом раненых, которые в короткое время заполняют и переполняют полевые медицинские учреждения, где оказывается медицинская помощь.

Вторая особенность военно-полевой хирургии заключается в первенствующем значении организации работы, особенно при поступлении в медицинские учреждения значительного числа раненых и пострадавших. Эта особенность была также подмечена Н. И. Пироговым, который предупреждал, что "если врач в этих случаях не предположит себе главной целью прежде всего действовать административно, а потом уже врачебно, то он совсем растеряется, и ни голова его, ни руки не окажут поСортировка раненых как важнейший принцип, обеспечивающий возможность целесообразно использовать всегда и неизбежно дефицитные на войне руки и силы хирургов.

Установленные Пироговым в Севастополе четыре группы раненых могут быть приняты и на сегодня как наиболее целесообразный вид первоначальной рабочей сортировки при массовом поступлении раненых:

а) смертельно раненые и безнадёжные, которым нужен лишь последний уход и предсмертные утешения;

б) раненые, требующие абсолютно неотложной хирургической помощи;

в) раненые, кому операция может быть отложена на следующий день или даже позднее;

г) легко раненые, состояние которых допускает возвращение в часть после простой перевязки.

Такая сортировка должна предотвратить беспорядок и неизбежный хаос, ибо, как говорил Пирогов, «желая помогать всем разом и без всякого порядка перебегая от одного раненого к другому, врач теряет, наконец, голову, выбивается из сил и не помогает никому». «Я горжусь этой заслугой, хотя её и забыл сочинитель «Очерков медицинской части в 1854-1856 гг.». Сочинителем был киевский профессор Гюббенет, работавший на Корабельной стороне Севастополя и ни разу не обмолвившийся в своих «Очерках», что благодетельную сортировку вёл Пирогов.

Рассредоточивание раненых и изоляция тяжело инфицированных в особые гангренозные отделения. Пирогов сделал это с первых дней своего приезда в Севастополь. В Западной Европе к этому пришли только после открытия Листером антисептики, а фактически начали применять лишь к концу Франко-прусской войны 1871 г. Стоит ли добавлять, что выделение рожистых и анаэробных отделений, а также изоляторов для столбнячных со времени Пирогова стало категорическим требованием почти в любой боевой и мирной обстановке.

Пирогов вплотную подошел к разгадке причин нагноения в ранах. И если последнее слово в этом вопросе было произнесено Листером, то каждый читающий многочисленные пироговские главы в «Началах военно-полевой хирургии», посвящённые этой главнейшей теме, ясно видит, что как по концепции, так и по характеру лечебных мероприятий Пирогов был очень близок к тому, чтобы этим решением вплести лучший цветок в венок своей бессмертной славы. «Я был одним из первых в начало 50-х годов и потом в 1863 г., - писал Пирогов, - восставших против господствовавшей в то время доктрины о травматической пиемии. Доктрина эта объясняла происхождение пиемии механической теорией засорения сосудов кусками размягченных тромбов; я же утверждал, основываясь на массе наблюдений, что пиемия, этот бич госпитальной хирургии с разными её спутниками (острогнойным отеком, злокачественной рожей, дифтеритом, раком и т. п.), есть процесс брожения, развивающийся из вошедших в кровь или образовавшихся в крови ферментов, и желал госпиталям своего Пастера для точнейшего исследования этих ферментов. Блестящие успехи антисептического лечения ран и листеровской повязки подтвердили как нельзя лучше моё ученье». И страницей ниже, в той же автобиографии, Пирогов говорит: «Неподвижность повреждённой части, самой раны, антисептические средства при лечении раны, тщательная забота о свободном выходе ферментов, её заражающих, и методическое давление с возбуждением местной испарины, - вот главные основы, по моему мнению, благотворного действия листеровой повязки, которые были не раз уже давно испытаны мной в госпитальной практике, и если они не дали таких блестящих результатов, как эта повязка, то причиной тому было несовершенство техники и недостаток в приспособлении удобного материала. Открытое лечение ран, известное мне также давно из опытов над животными, я также испытывал при больших пластических операциях и при резекции суставов и костей, и при миотомиях и ущемленных грыжах, и потому нисколько не удивляюсь результатам, заставившим о себе так много спорить современных хирургов».

Знаменитая пироговскаяостеопластическая ампутация голени стала родоначальницей всех остеопластических операций на конечностях и открыла собой абсолютно новую и одну из самых блестящих глав ортопедической хирургии.

То же можно сказать и про подкожные тенотомии, которые замечательны не только по частным показаниям и практическому значению, выявленному в монографии о перерезках ахиллова сухожилия; работы эти показали важное значение кровяного сгустка и его способности к организации и восстановлению нарушенной целости тканей.

Также заслугой Пирогова является описание травматического шока. Течение травматического шока с прошлого века разделяется на 2 фазы, которые были названы эректильной и торпидной и классическое описание которых дал Н. И. Пирогов.

Эректильная фаза так представлена Н. И. Пироговым: "Если сильный вопль и стоны слышатся от раненого, у которого черты изменились, лицо сделалось судорожно искривленным, бледным, посиневшим и распухшим от крика, если у него пульс напряжен и скор, дыхание коротко и часто, то каково бы ни было его повреждение, нужно спешить с помощью".

Торпидная фаза, по Пирогову, характеризуется тем, что "с оторванной ногой или рукой лежит такой окоченелый на перевязочном пункте неподвижно, он не кричит и не вопит, не жалуется, не принимает ни в чем участия и ничего не требует. Тело холодно, лицо бледно, как у трупа, взгляд неподвижен и обращен вдаль, пульс - как нитка, едва заметен под пальцами и с частыми перемежками. На вопросы окоченелый или вовсе не отвечает, или только про себя чуть слышным шепотом, дыхание тоже едва приметно. Рана и кожа почти вовсе нечувствительны, но если больной нерв, висящий из раны, будет чем-нибудь раздражен, то больной одним легким сокращением личных мускулов обнаруживает признак чувства. Иногда это состояние проходит через несколько часов от употребления возбуждающих средств, иногда оно продолжается до самой смерти".

Нельзя не отметить успешную борьбу Николая Ивановича за права женщин. Так,одним из проявлений успешной борьбы Н. И. Пирогова за права женщин было учреждение в Петербурге в октябре 1854 г. первой в мире Крестовоздвиженской общины сестер милосердия для ухода за раненными на поле сражения (Община воздвижения животворящего креста сестер попечения о раненых и больных). Сразу же после образования общины сестры отправились на Крымский театр военных действий. Н. И. Пирогов выехал из осажденного Севастополя в Симферополь для встречи первого отряда сестер милосердия. К началу 1855 г. четыре группы сестер милосердия прибыли в Севастополь, где к тому времени скопилось много раненых.

Прибывшим сестрам Н. И. Пирогов поручал выполнять различные обязанности. Часть из них он назначал хозяйками отделений, в обязанности которых входило питание раненых, выдача им чая, кофе, вина, приобретенного на благотворительные средства. Они сразу же потребовали от администрации госпиталей, чтобы все положенное раненым и больным выдавалось им в действительности, а не на бумаге. Другая часть сестер назначалась аптекаршами, которые ведали медикаментами, находившимися в отделении, а также их раздачей больным и раненым. Многие сестры привлекались к дежурствам, а также выделялись в помощь врачам для работы в операционных и перевязочных. Несколько позже Н. И. Пирогов создал «Особый отряд транспортных сестер», который должен был сопровождать раненых в пути. Все это было новым в медицине, особенно военной, получило положительную оценку в мировой литературе и свое дальнейшее развитие.

 

Самоотверженная деятельность сестер, их чуткость к раненым, забота и горячее желание быть полезными высоко ценились как пострадавшими, так и врачами. В Крымской войне, по словам Н. И. Пирогова, он ежедневно убеждался, присматриваясь к «обдуманным суждениям и аккуратным действиям сестер», что «мужчины не умеют ни достаточно ценить, ни разумно употреблять природный такт и чувствительность женщин». Всегда подчеркивая высокие нравственные качества женщин, Н. И. Пирогов заявлял, что поведение сестер милосердия на театре войны вопреки предсказаниям придворных циников был примерным и достойным уважения. Их обращение со страждущими было самое задушевное. Сестры милосердия, по его утверждению, «не только уходом за раненым, но и в управлении многих общественных учреждений доказали, что женщины более одаренные способностями, чем мужчины».



poisk-ru.ru

Н. И. Пирогов, его вклад в развитие анатомии, хирургии. Общественная деятельность Н. И. Пирогова

Н.И. Пирогов (1810 – 1881) – создатель топографической анатомии. Ввел в анатомию метод распилов замороженных трупов для изучения точного взаиморасположения органов. Выдающийся хирург, придавал огромное значение знанию анатомии. Николай Иванович Пирогов явился одним из родоначальников военно-полевой хирургии, а также внес неоценимый вклад в развитие топографической анатомии. Благодаря деятельности Н.И. Пирогова, медицина вообще и анатомия в частности, сделали гигантский скачок в своем развитии. Н.И.Пирогов (1810-1881) добился огромных успехов в развитии хирургической анатомии. Мировую славу ему создало сочинение «Хирургическая анатомия артериальных стволов и фасций» (1837). Он ввел в анатомию новый метод исследования — последовательные распилы замороженных трупов («ледяная анатомия») и на основании этого метода написал «Полный курс прикладной анатомии человеческого тела» (1843-1848) и атлас «Топографическая анатомия, иллюстрированная разрезами, проведенными через замороженное тело человека в трех направлениях» (1851-1859). Это были первые руководства по топографической анатомии. Вся деятельность Н.И. Пирогова составила эпоху в развитии медицины и анатомии. Операции и оперативные приемы, изобретенные Пироговым, используются в хирургии до сих пор. Будущие медики учатся по пособиям, начало которым лежит все в тех же трудах Пирогова.

Н.И. Пирогов родился в 1810 году в семье казначея Провианского депо (Москва). С восьмилетнего возраста он проходит домашнее обучение, учёбу в «своекоштном училище» B.C. Кряжева и в 14 лет поступает на врачебное отделение Московского университета. В 1828 году Н.И. Пирогов успешно проходит испытание на степень лекаря, а в 1829-1832 гг. в Дерпте учится в профессорском институте, защищает диссертацию по перевязке брюшной аорты. Позднее он - профессор военно-медицинской академии и директор медико-инструментального завода (Санкт-Петербург).

Основываясь на своих многочисленных наблюдениях, изложенных в «Топографической анатомии», в «Прикладной анатомии» Николай. Иванович создаёт в медвузе «двуединую» дисциплину, когда теория хирургической операции обоснована опытами анатомо-физиологическими и патолого-анатомическими исследованиями.

Создана большая школа учеников и последователей Н.И. Пирогова в России: А.А. Бобров, Н.И. Дьяконов, В.А. Караваев, С.Н. Делицын. Появляются приверженцы в Европе: В. Браун-Лейпцинг, Вельпо-Париж и др. Он внёс значительный вклад в развитие доктрины военно-полевой хирургии основные положения которой с успехом использовались в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.

Николай Иванович оставил свой след в развитии прикладной (хирургической) морфологии, описав подчелюстной треугольник Пирогова, апоневроз двуглавой мышцы, клетчатое пространство Пирогова-Парона, «средостение» в забрюшинном пространстве, лимфоузел Пирогова-Розен-Мюллера, доступы к подмышечной и наружной подвздошной артерии. Большое внимание было обращено на фасы, которые нашими современниками были включены в учение о так называемом «мягком» скелете. Студенты подробно рассматривают 3-моментную конусокруговую ампутацию в области плеча и бедра, костнопластическую ампутацию голени и бедра, сухожильный шов по Пирогову. Но не стоит причислять Николаю Ивановичу некоторые открытия хирургии, в частности лечение наружных грыж, клинический шов.

Универсальность Пирогова в том, что он выступал в качестве травматолога, военно-полевого хирурга, нейрохирурга, детского хирурга, акушера-гинеколога, уролога, ЛОР-специа-листа, офтальмолога, реаниматолога, а также организатора здравоохранения, гигиениста, патологоанатома, инфекциониста. В хирургии стали появляться более узкие направления, Н.И. Пирогов внедрил в практику гипсовую повязку при переломе конечностей, эфирный наркоз, наборы инструментов для военно-полевой хирургии.

На кафедре оперативной хирургии и топографической анатомии имеются три учебных стенда и уникальная подборка художественной литературы связанной с именем Н.И. Пирогова. Это подлинник атласа учёного (Дерпт, 1838), книга «Хирургическая анатомия артериальных стволов и фасций» (Санкт-Петербург, 1881), два портрета Николая Ивановича, выполненные студентами-медиками, а также два большеформатных портрета — чеканка по меди и биметаллическая чеканка литьё.

Если трудовой путь Н.И. Пирогова исчислять с начала 30-х годов, то четверть века у него ушло на практику и научную деятельность в медицине и почти столько же на педагогическую работу (хотя от случая к случаю он практиковал в своей деревенской больнице до самой кончины (1881). Одиночные выезды из села Винницы были связаны с консультациями Д. Гарибальди и раненых на фронтах франко-прусской войны и в действующую дунайскую армию.

После смерти Пирогова его забальзамировал его друг и врач. Мумия Пирогова находится в Виннице до настоящего времени и хранится без видимых изменений при комнатной температуре. Секрет бальзамирования до сих пор не раскрыт.

Николай Иванович Пирогов (1810–1881) обучался медицине в Московском и Дерптском университетах, выезжал в научные командировки в германские, французские университеты и клиники, работал руководителем хирургической клиники в Санкт-Петербургской медико-хирургической академии, где основал Анатомический институт.

В 1856–1861 годах был попечителем гимназий и училищ в Одесском и Киевском учебных округах, руководил русскими докторантами в Гейдельберге. В качестве военно-полевого хирурга участвовал во Франко-Прусской и Русско-Турецкой войнах, оказывал помощь раненым при первой обороне Севастополя.

Умер от рака сильно истощенным в 1881 г. Тело бальзамировано профессором Д.И. Выводцевым без вскрытия полостей, введением через сосуды спиртового раствора тимола, глицерина и воды. Оно пролежало до следующего бальзамирования 65 лет. Профессор Р.Д. Синельников (Харьков) повторно бальзамировал и реставрировал тело Н. И. Пирогова, которое хранится в настоящее время в музее г. Винница.

Как анатом Н.И. Пирогов предложил новый способ по изучению взаимного расположения (синтопии) органов, сосудов, нервов; проекции их на кости (скелетотопии) и кожу (голотопии) в виде распилов на замороженных трупах по трем взаимно перпендикулярным плоскостям, что позволило составить более точные представления о топографо-анатомическом строении человека.

Он много и самостоятельно препарирует как в Дерпте (Тарту), так и в Берлине, потому что убежден, что точные знания анатомии необходимы для выполнения операций, постановки диагноза, для неоперативных методик лечения. Поэтому о своих анатомических занятиях писал: «Главная цель моих анатомических исследований — приложение их к патологии, хирургии, или, по крайней мере, к физиологии». Российская императорская Академия наук избирает его членом-корреспондентом в 1847 г. за многочисленные и глубокие исследования по различным направлениям анатомии и хирургии, в том числе:

· за создание первого в России Анатомического института;

· за успехи в лечении пациентов на посту заведующего Госпитальной хирургической клиникой Военно-медицинской академии и в качестве консультанта ряда больниц Санкт-Петербурга;

· за славу его лекций по топографической и патологической анатомии;

· за книги «Хирургическая анатомия артериальных стволов и фасций», «Полный курс прикладной анатомии человеческого тела», «Патологическая анатомия азиатской холеры», «Топографическая анатомия, иллюстрированная разрезами, проведенными через замороженное тело человека в трех направлениях» — каждая из которых получила Демидовскую премию.

В экспериментальных работах Н.И. Пирогов решал главную проблему по восстановлению кровообращения через коллатеральные сосуды при постепенном выключении основной магистрали (брюшной аорты), интересовался развитием сосудов в тканях соединенных швами (шов ахиллова сухожилия). Великолепно владел техникой препарирования, перевязками, инъекциями живых и мертвых сосудов.

Структуры головного мозга изучал на замороженных разрезах и установил, что к мышцам-антагонистам всегда приходят для иннервации разные нервы. Впервые обратил внимание на фазность наркоза, установил реактивные изменения нервных волокон от эфира и хлороформа. С учетом топографии нервных стволов Н.И. Пирогов предложил точные ориентиры, исключающие повреждение нервов, их ветвей и связей при операциях.

«Анатомия — писал Н. И. Пирогов, — не составляет, как многие думают, одну только азбуку медицины, которую можно без вреда и забыть, когда мы научимся кое-как читать по слогам; изучение её также необходимо для начинающего учиться, как и для тех, которым доверяется жизнь и здоровье других».

Ряд медицинских университетов, академий, журналов, медицинских обществ, в том числе Московский медицинский университет носят имя Н.И. Пирогова. Медицинская и научная общественность проводит Пироговские чтения, конференции, съезды; праздновались 50-летний и 100-летний юбилеи научной деятельности Николая Ивановича, в лице которого все страны мира увидели гениального русского ученого-медика XIX столетия. Это стало возможным благодаря тому, что он создал научную анатомию и предопределил ее развитие на целое столетие вперед.

megalektsii.ru

Хирург Пирогов Википедия

Дата рождения Место рождения Дата смерти Место смерти Страна Научная сфера Место работы Альма-матер Учёная степень Учёное звание Научный руководитель Известные ученики Награды и премии
Николай Иванович Пирогов
13 (25) ноября 1810(1810-11-25)
Москва,Российская империя
23 ноября (5 декабря) 1881(1881-12-05) (71 год)
село Вишня(ныне в черте г. Винница),Подольская губерния,Российская империя
  •  Российская империя
медицина
Дерптский университет,Медико-хирургическая академия
Московский университет,Профессорский институт
доктор медицины
член-корреспондент СПбАН
И. Ф. Мойер
П. С. Платонов[1]
Орден Святого Станислава I

ru-wiki.ru